Тема 6.2. Культура Киевской Руси 1Х-Х1 вв. и периодафеодальной раздробленности (XII — середина XIII в.)

магниевый скраб beletage

На протяжении нескольких столетий (IV—VIII вв.) происходит про-цесс формирования славянских государственных объединений, из разрозненныхвосточнославянских племён постепенно складывается древнерусская народ-ность. Завершение этого процесса связывается с образованием в последней чет-верти IX в. в результате объединения под властью князей династии Рюрикови-чей двух главных центров восточных славян — Новгорода и Киева, а такжеземель, расположенных вдоль пути «из варягов в греки» (поселений в районеСтарой Ладоги, Гнездова) единого государства — Киевской Руси. Киевская Русьпросуществовала с IX в. до середины XIII в. (времени завоевания её монголо-татарами), и в период своего расцвета охватывала территорию от Таманскогополуострова на юге, Днестра и верховьев Вислы на западе, до верховьев Север-ной Двины на севере.

С ростом и укреплением Киевской Руси расширяются её связи со странамиЕвропы и Азии. Этому ещё больше способствовало введение князем Владимиромхристианства (988 г.) в его византийском варианте. Молодое государство сталочастью мира великой культуры, полноправно вошло в «Византийское содружест-во наций», стало частью христианской цивилизации. Преодолевая сопротивлениеязычества, христианство ускорило процесс централизации древнерусского госу-дарства. Религия была господствующей формой идеологии средневекового обще-ства, и, в силу этого, все виды духовной культуры пребывали в непосредственной

Приобщение к византийской культуреспособствовало широкому распространениюна Руси переводной литературы, Священногописания и богословских текстов, значитель-ному обогащению языка, обновлению строи-тельной техники и ознакомлению с новымитехнологиями украшения храмов.

Наивысшего расцвета Киевская Русь дос-тигла в XI в. во время княжения ЯрославаМудрого. Быстрыми темпами развивается тор-говля, растут города Киев, Новгород, Чернигов,Полоцк, основываются монастыри, сооружа-ются крепостные укрепления, возводятся двор-цы и храмы. На основе позаимствованного вБолгарии славянского алфавита распространя-ется письменность, развивается летописное де-ло. В это время создаётся солидное историко-литературное произведение — «Повесть вре-менных лет», возникают другие высокие об-разцы древнерусской рукописной книги.

Первыми памятниками архитектуры и ис-кусства в Киевской Руси были Десятинная церковь, Собор святой Софии в Киеве,Спасо-Преображенский собор в Чернигове. Эти храмы демонстрируют как следо-вание византийской традиции (купола, система росписей храмов), так и появлениеособенных русских черт.

Византийские архитекторы и художники, которые на протяжении многих вековобслуживали христианскую церковь, создали в соответствии с религиозными дог-матами стройную и отшлифованную систему куль-тового искусства. Эта художественная система рег-ламентировала характер церковной архитектуры,содержание и порядок размещения на стенах хра-мов, религиозных сцен, иконографии святых. Ви-зантия познакомила Русь с крестово-купольнымхрамом, получившим широкое распространение, ис канонической системой внутреннего убранствахрамов, которые вместе давали «образ мира», ка-ким он представлялся с точки зрения церковногоучения и древней космографии. Ничто в архитекту-ре и убранстве не было случайным. Любая из деталей имела символических смысл.Четыре стены храма, объединённые одной главой, символизировали четыре сторо-ны света под властью единой вселенской церкви.

«В своём первоначальном виде Софийский Собор был исключительно целостным и глубокосвоеобразным зданием, воплотившим всю силу художественной мысли его строителей. В ве-личественном ритме пирамидально нарастающих масс собора и в его характерном тринадцати-главии, отличающих его от меньших по размерам византийских «образцов», можно усматриватьрезультат воздействия на строителей киевского храма принципов деревянного зодчества. Глу-бокое своеобразие композиции и форм Софийского Собора с несомненностью свидетельству-ет, что над его постройкой, наряду с греками, работали и русские зодчие, внесшие много своего,нового в образ центрального храма Киевской державы».

{Н.Н. Воронин «История русского искусства»)

Греческие мастера привезли в Киевскую Русь первые образцы икон. Икона вдогматическом церковном представлении воспринимается как соединяющее звеномежду верующим и божеством. Вместе с темв иконописи нашли своё отражение народныеэтические и эстетические идеалы. В ДревнейРуси икона стала такой же классическойформой изобразительного искусства, как вЕгипте — рельеф, в Элладе — статуя, а в Ви-зантии — мозаика.

Наиболее известным произведением в Ки-евской Руси является икона «ВладимирскаяБогоматерь» (конец XI — начало XII вв.). Наэтой иконе изображено несколько психоло-гических тем, неразрывно связанных междусобой: доверчивость младенца, скорбь Ма-рии, которая знает о будущей смерти сына,мужество, с которой она несёт в себе этускорбь. Содержание иконы просто невозмож-но определить одним понятием. Художникдал почувствовать движение, смену чувств,то есть сделал то, что, казалось бы, возможнотолько в поэзии и музыке. По силе выражения человеческого страдания, лицо Вла-димирской Богоматери — одно из наиболее поразительных в византийском искус-стве. В отличие от античных мастеров, которые обострили черты страждущего че-ловека настолько, что оно превратилось в маску, византийские художники сохра-нили черты человеческого лица, но одухотворили его.Киевская Русь не тольковосприняла достижения Византии, но и по-своему обработала иностранные традиции.Византийские художники, прибывшие на Русь, встретились с очень высоким уровнемместной культуры и, в свою очередь, ощутили на себе влияние её самобытности. Осо-бенно это касалось народных обычаев и представлений, которые сложились ещё в язы-ческие времена. Элементы «поганской веры» проникли даже в церковные христиан-ские культовые обряды. Яркое, жизнерадостное народное творчество оживилопрофессиональное искусство, несмотря на строгие ограничения художников религиоз-ными догматическими схемами.

В начале XI в. Киев был одним из наиболее богатых и больших городов Руси.Князь Ярослав Мудрый, способствуя строительству «стольного града», стремилсясделать Киев соперником Царьграда. При нём город значительно расширил своиграницы — его территория увеличилась почти в десять раз. Вокруг выросли укреп-ления в виде огромных валов и рвов. Главные городские ворота, как и в Констан-тинополе, назывались «Золотыми». Центр города («Княжеское подворье») возвы-шался на холме и представлял собой достаточно внушительный комплекс: громадымонастырских храмов Ирины и Георгия сменялись каменными дворцами князя, а взападной части вырастал живописный силуэт центрального храма — СофийскогоСобора, построенного на месте победы киевлян над печенегами.

«О светло светлая и красно украшенная земля Русская! — и многими красотами удавленаеси, озёры многими удивлена еси, реками и кладезями местночестыми, горами крутыми,холмами высокими, дубравами чистыми, полями дивными, зверями различными, птицамибесчисленными, городы великими, сёлы дивными.».

(Слово о погибели русской земли)

Архитектура Софии, её стены и купола поражают монументальностью и гармо-нией, могучие объёмы храма плавными уступами поднимаются вверх и завершают-ся двенадцатью куполами, группирующимисявокруг тринадцатого — центрального и наи-большего купола. Пропорции строения отли-чаются строгостью и стройностью, придаваяего облику праздничность и торжествен-ность. Красота собора подчёркивается рит-мическим чередованием столпов и арок гале-реи, полукруглыми окнами, красочнойгаммой розовой кирпичной кладки.

Не менее прекрасен интерьер Софии, со-стоящий из многочисленных, как будто изо-лированных друг от друга столпами и аркамипомещений, ведущими к залитому солнеч-ным светом центральному подкупольному пространству. С трёх сторон на внут-реннем этаже Собора, размещаются хоры, в которых во время службы находилсякнязь со своей семьёй и прислугой.

Стены, столбы, арки, своды, купола собора покрыты мозаиками, расписаныфресками, а его пол выложен разноцветными плитами и также украшен орнамен-тами. Всё украшение храма было как будто «образом мира», наглядно демонстри-ровало сложную «небесную» иерархию. Отсюда и соответствующее размещениерелигиозных сцен, своеобразие художественной системы древнерусского искусст-ва. В центральном куполе — наивысшей точке собора — изображён Пантократор(«Христос-Вседержитель»). Ниже, в промежутках между окнами, размещены фигу-ры апостолов — учеников Христа. В полусферическом своде центральной абсиды вмолитвенной позе изображена Мария (Оран-та) — мать Христа. В местах переходов стол-бов к своду купола, так называемых «пару-сах», изображены евангелисты.

Центральные сцены и главные фигурывыполнены в технике мозаики, которая прак-тически не подвластна времени. Красные, на-сыщенного цвета мозаичные композицииСофии сохранили и до нашего времени всюкрасоту и праздничность.

Строгим и недосягаемым кажется Панто-кратор в голубом «небесном» плаще с книгойв руке, который смотрит испод купольнойвысоты. Как будто застыла в просительноймолитве с поднятыми к небу руками Мария(наибольшее изображение в храме: высотафигуры — шесть метров) в тёмно-синей оде-жде с тяжёлыми складками, окружённая мер-цающим сиянием, которое излучает золотойфон композиции.

Большая часть Софийского собора распи-сана фресками. Они размещены также в соот-ветствии с церковными канонами. Для со-фийских фресок характерна неяркаярасцветка, кое-где изображение очень потемнело в связи с тем, что, в отличие отмозаики, эта техника больше поддаётся разрушительному воздействию времени.Среди фресок Софии наибольший интерес представляют сюжеты не религиозного,а светского содержания. Это изображение семьи Ярослава Мудрого, размещённое вцентральной части Собора, под хорами: на северной стене — фигуры дочерей Яро-слава, на западной — самого князя с моделью храма в руках, его жены, на южной— сыновей. В этих композициях мы впервые встречаемся с портретными изобра-жениями конкретных людей, то есть с наиболее древними в отечественном искус-стве образцами портретной живописи.

«У Киевской державы культурные связи с Византией были самыми близкими и действи-тельными. Византийская художественная система, вызвавшая завистливое восхищение то-гдашней феодальной Европы, лучше всякой другой прославляла и утверждала незыбле-мость светской и церковной иерархий, на которой зиждилась Киевская держава».

(Л. Любимов «Искусство Древней Руси»)

Софийский собор для Киева был не только церковью, но и местом обществен-ных собраний. Он использовался для хранения государственных ценностей, книг,которые также были произведениями искусства.

Одновременно с Киевом развивались и другие города Руси — Чернигов, По-лоцк, Новгород. Их князья пытались соревноваться с киевским, сооружая храмы,напоминающие Софию Киевскую. Так, практически одновременно с ней в Черни-гове был построен Спасо-Преображенский собор — величественное строение,пышно украшенное внутри. В те же годы (середина XI в.) в Новгороде был соору-жён Софийский собор, который по плану напоминал киевский.

Большое развитие в Киевской Руси получило народное декоративно-прикладноеискусство. Именно в нём наиболее ярко отразился народный художественный вкуси традиции. Фантастические растительные орнаменты, сказочные птицы и живот-ные, вырезанные на дереве, металле, вышитые на ткани, раскрывают богатейшийпоэтический мир народной фантазии. Сложностью техники исполнения и изыскан-ностью форм отличались золотые и серебряные короны, диадемы, перстни, подвес-ки-колты, ожерелья и пряжки. Настоящим шедевром древнерусского прикладногоискусства можно назвать рога тура (ими пользовались как чашами) с Чёрной моги-лы в Чернигове. Эти изделия украшены серебряной оправой, на которой неизвест-ный мастер техники чеканки и черни выполнил удивительные узоры. Здесь в пыш-ном растительном обрамлении переплетаются фантастические звери, птицы илюди.

Тесная связь с народным творчеством, тонкий художественный вкус и высокоемастерство, которые так ярко проявились в памятниках народного прикладного ис-кусства, свидетельствуют о высоком уровне культуры Киевской Руси, ставшей ос-новой культур русского, украинского и белорусского народов.

Искусство XII — середины XIII вв. Во второй половине XI в. усилилось стремле-ние к самостоятельности князей Новгорода, Чернигова, Полоцка и других городов Ки-евской Руси. Этому способствовал и сам Яро-слав Мудрый, который перед смертью разде-лил государство между своими сыновьямии внуками. Процесс распада древнерусскогогосударства усиливался ещё и постоянной из-нурительной борьбой с кочевниками. Не по-лучая поддержки соседних княжеств, действуяизолировано, удельные князья очень частотерпели поражения. К концу XII в. огромное

го-сударство окончательно распалось. Эти обще-ственные процессы отразились и на характереискусства. Общее, единое развитие древнерус-ской культуры было прервано. Заметнымистановились признаки формирования различ-ных местных художественных школ, которыеформировались в соответствии с условиямиразвития того или другого княжества. Одно-временно следует отметить, что влияние вы-соких художественных традиций КиевскойРуси ощущается и в развитии каждой из этихшкол.

В это время формируется самобытнаякультура Владимиро-Суздальского княжест-ва, расцвет которого приходится на вторуюполовину XII в. Через земли княжества проходил Волжский торговый путь, кото-рый способствовал возникновению и развитию новых городов — Ростова, Яро-славля, Углича, Костромы, Москвы, объединявшихся под эгидой Владимира, счи-тавшегося наследником Киева.

Расположенный на крутом берегу реки Клязьмы, главный город княжества,в самом деле, чем-то напоминал Киев. Его центральная, княжеская часть, постро-енная по типу киевской, была обнесена дере-вянными стенами и окружена земляными ва-лами. Городские ворота были названы, по-добно киевским, «золотыми». Здесь женаходился и главный собор — Успенский.Могучий куб пятиглавого храма как будтовенчает вершину Владимирского холма, егофасады расчленены тонкими круглыми ко-лоннами на пять неравных частей, каждая изкоторых заканчивается полукруглым пере-крытием. Как бы повторяют очертания час-тей фасадов узкие, вытянутые вверх окна.Лёгкий рельефный пояс из полуколонок иарочек опоясывает всё строение. Входы хра-ма обрамлены глубоким порталами, а на фа-садах встречаются рельефы из камня, ожив-ляющие поверхность стен. Стены храма был

украшены фресками, но от живописи XII в. прак-тически ничего не осталось.

Другим памятником культуры Владимиро-Суздальского княжества является Дмитриевский со-бор во Владимире. Собор сооружён безымянным рус-ским зодчим в 1194 — 1197 гг. как дворцовая церковьвеликого владимирского князя Всеволода III, извест-ного как Всеволод Большое Гнездо.

Храм посвящён Дмитрию Солунскому, по именикоторого был назван один из сыновей князя. Архи-тектура храма пленяет ясностью своих форм. Бело-каменные фасады делятся на три части стройнымипилястрами — вертикальными выступами, перехо-дящими вверху в полукруглые завершения (закома-ры). На каждом фасаде — портал, обработанный,словно роскошная рама картины.

Сказочно богато резное убранство собора, напо-минающее пышную, узорчатую ткань, отороченнуюкистями колончатого пояса. Часами можно рассмат-ривать изваяния львов, кентавров, барсов, фантасти-ЦЕрк°вь п°Кр°вА НА НЕрли ческих птиц, растений, пышный орнамент порталов.

«Каменная резьба владимирских ремесленников очень близка к народной деревяннойрезьбе. Нас не должны удивлять светские сюжеты этих скульптур. Вспомним, что церкви вДревней руси были общественными сооружениями, служившими не только религиознымцелям. Созданные по княжескому распоряжению, владимирские храмы не только служилицелям возвеличивания сильной княжеской власти, но воплотили в себе и творческую ини-циативу народа».

Д.С. Лихачёв «Культура Древней Руси»)

Со второй половины XII в. в Новгороде, Владимире, а затем и в других княже-ствах становится популярным тип небольшой, почти квадратной, каменной церкви,увенчанной одной главой. Древнерусские зодчие, обладая чутьём пространства,

умело ставили храмы на видных местах, хо-рошо «вписывая» их в окружающую приро-ду. Наиболее ярко эти черты отражает по-строенная в 1165 г. церковь ПокроваБогородицы на Нерли. Это небольшое со-оружение, все формы которого направлены ввысоту, отличается благородством и изы-сканностью пропорций, удивительно сораз-мерных пропорциям человека. Окружённыйзелёной дубравой, отражённый в тихих зача-рованных водах речки, этот стройный бело-снежный храм прекрасно вписался в лириче-ский равнинный пейзаж и предстаёт передзрителем исполненный неповторимой поэзи-ей и праздничностью.

Церковь была воздвигнута в честь победывладимирских полков над волжскими болга-рами в 1164 г. Как повествует легенда, ка-мень для её постройки в устье Нерли возилипобеждённые. Храм посвящён сыну АндреяБоголюбского — Изяславу, погибшему вэтой битве.

Владимирские зодчие, строившие храм,правильно учли все эти сложные идейныетребования, что позволило им создать тор-жественно-царственно прекрасное сооружение — одно из самых стройных и изящ-ных зданий во всём мировом зодчестве.

Монументальная живопись владимиро-суздальских храмов почти не сохрани-лась. Некоторые представления о живописной традиции местной школы могут датьиконы, отличающиеся своими большими размерами. яркими цветами, плоскостно-стью трактовки, выразительностью линий и силуэтов.

В иконе «Дмитрий Солонский» (конец XII — нач. XIII в.) герой религиознойлегенды больше похож на князя, нежели на святого. Величественная поза Солон-ского, его красивое, но несколько равнодушное лицо, спокойный жест рук, которыедержат полузачехлённый меч, полны гордой осанки и благородства. «Светские»черты изображённого и богатство его одежды позволяют предположить, что про-образом святого мог быть сам князь Всеволод III.

В начале XIII в. Владимиро-Суздальское княжество начинает приходить в упа-док, распадаясь на несколько небольших удельных владений. Утрачивает свою це-лостность и искусство владимиро-суздальской школы. Однако традиции её имелибольшое значение для последующего этапа развития русской культуры.

Большое значение после упадка Киева приобретает Новгород. Расположенныйна историческом пути «из варягов в греки», Великий Новгород был развитым ре-месленным и торговым центром. В нём сложился своеобразный социально-политический уклад: после восстания 1136 г. Новгородское княжество стало фео-дальной республикой. Власть князя была ограниченной, а решающую роль сталоиграть вече, в котором влиятельными силами выступали купцы и ремесленники.Участие народа в управлении государством придавало жизни Новгорода черты де-мократизма, что, в свою очередь, обуславливало характер новгородской культуры.

Во второй половине XII в. в Новгороде проводилось большое каменное строи-тельство, причём не столько на средства князя и духовенства, сколько богатыхкупцов, бояр, цеховых объединений, ремесленников и мещан. Часто храмы былипредназначены для жителей одной улицы, одного квартала. Поэтому размеры хра-мов были небольшими, а они сами отличались простой архитектурой. Чаще соору-жали церкви с одним куполом, толстыми стенами, сложенными из грубого камня, афасады были расчленены выступами-лопатками с ассиметрично расположеннымиокнами.

«Одного взгляда на крепкие, коренастые памятники Великого Новгорода достаточно, чтобыпонять идеал новгородца, — доброго вояки, не очень отёсанного,, но себе на уме. В егозодчестве такие же, как сам он, простые, но крепкие стены, лишённые назойливого узоро-чья, которое, с его точки зрения, «ни к чему», могучие силуэты, энергичные массы. Идеалновгородца — сила, и красота его — красота силы».

(И. Грабарь о древнерусском искусстве)

Xарактерным образцом такой архитектуры является Церковь Спаса на Нередице(1198 г.) под Новгородом — невысокое, как будто прижато к земле, несколько тя-желоватое строение с волнистыми очертаниями кровли, уступами разных по вели-чине апсид, ассиметрией тёмных пятен окон-ных прорезей. Она по-своему пластична иживописна на фоне северного равнинногопейзажа. Сквозь массивные стены, малень-кие узкие окна и тяжёлые столбы, поддержи-вающие свод, внутреннее пространство хра-ма кажется небольшим и пасмурным.

Стены, своды, столбы сооружения былипокрыты фресковой живописью, часто безучёта архитектурных конструкций и приня-тых иконографических схем.

Образы персонажей религиозных легендпоражали своей необычностью: выстроив-шись в ряд, большеголовые, с широко от-крытыми глазами, святые как будто застылив своём величии, их непропорциональныеприземистые фигуры, большие руки и ступ-ни ног, грубоватые и, вместе с тем, печаль-ные лики выразительно свидетельствуют опрообразах библейских персонажей.

Xудожник нарисовал типичные чертысвоих соотечественников — новгородцев, также, как взятые из их быта разнообразные ат-рибуты святых. Достаточно свободно трак-туется сцена из «Страшного суда», изобра-жающая посаженного в адское пламя богача,который просит у бедного каплю воды. Во всём этом ярко отразились народныепредставления и понимание традиционных легенд и верований.

В первой трети XIII в. процесс поступательного развития древнерусской куль-туры был прерван татаро-монгольским нашествием. В 1237 г. пали города СтараяРязань, Владимир, Москва, а через два года — Киев. Пройдя русские земли татарывторглись в пределы Европы, опустошили Галицию, Волынь, Польшу, захватилиСилезию, Моравию, Венгрию и в 1241 г. остановились у стен Вены.

«Был город Рязань, и земля была рязанская, и исчезло богатство её, и отошла слава её, инельзя было увидеть в ней никаких благ её — только дым, земля и пепел. И не толькоэтот град пленён был, но и иные многие. Не стало во граде ни пения, ни звона; вместо ра-дости — плач непрестанный».

(Повесть о разорении Рязани Батыем)

Из всех русских городов татарского разорения удалось избежать лишь двум —Новгороду и Пскову. Лишь в этих городах продолжало развиваться искусство вбедственный для Руси XIII в.

С новгородской культурой второй половины XIV в. связал свою творческуюсудьбу Феофан Грек, прибывший из Византии. Выдающееся произведение Феофа-на Грека — росписи фресками церкви Спаса-Преображения на Ильине улице вНовгороде (1378 г.), дошедшие до нас лишь частично. Манера Феофана Грека ин-дивидуальна, но его внутренние творческие искания совпали с характерными осо-бенностями Новгородской школы. В колорите он использовал принцип контраста.Его способ моделировки эффектен, хотя, на первый взгляд, кажется эскизным идаже небрежным. Чтобы добиться резкого эффекта, ему достаточнбыло на корич-невое пятно лица или одежды как бы обру-шить удары коротких белильных мазков(бликов). С их помощью художник не толькоточно передаёт объём, но и добивается впе-чатления выпуклости формы. Широкая мане-ра письма, меткие удары кисти дают возмож-ность создать образы святых, которыеприобретают у Феофана особую трепетность,подвижность, а также некую аскетичность,отрешённость, глубокий психологизм. Онисловно озарены внутренним светом, который,по представлениям византийских богословов,создателей учения об исихии, не уничтожает,но чудесно преображает человеческую при-роду. Достаточно привести в пример создан-ный Феофаном Греком образ одного из пер-вых отшельников в истории христианстваМакария Египетского. Согласно легенде, Ма-карий, потрясённый мерзостью, царившей вжизни, удалился в пустыню. Считая всё тонедостойное, что ему пришлось увидеть, свя-занным с плотским началом в человеке, онрешил «восстать над плотью». Отшельникизнурял своё тело постами и религиозными бдениями.

Из Новгорода Феофан переехал в Москву, работал в Нижнем Новгороде и в дру-гих городах. В 1395—1396 гг. совместно с Симеоном Чёрным он расписывает вМоскве церковь Рождества Богородицы, а позднее — Архангельский собор Мос-ковского Кремля. В 1405 г. вместе со старцем Прохором и Андреем Рублёвым онрасписывает Московский Благовещенский собор.

«В изображении Феофана Грека Макарий Египетский кажется почти бесплотным. Тёмный«лик» святого бороздят резкие белильные штрихи, выявляющие скулы, надбровные дуги,поднятые в молитвенном жесте кисти иссохших рук. Еле намеченные глаза наполовинуприкрыты тяжёлыми веками, поэтому их взгляд приобретает сурово-печальное выраже-ние».

(И. И. Пикулев «Русское изобразительное искусство»)

В середине XIII в. процесс поступательного развития древнерусской культурыбыл прерван монголо-татарским нашествием.